Объявления: 248-462-0203
Реклама: 248-702-6777  
Вход Регистрация
Раскрыть 
 

Запад терроризирует сам себя

09/08/2021 7 Дней

Правительства стран Запада заявляют, что их «застали врасплох» масштабы и темпы захвата власти талибами в Афганистане. Это знакомая песня. После 11 сентября западные правительства выразили аналогичное непонимание. И так же, как и сегодня, они обвиняли в этом провалы разведки.

Возможно, неспособность предвидеть нападение террористов Аль-Каиды на башни-близнецы в сентябре 2001 года вполне оправдана. То же самое нельзя сказать о неспособности предвидеть быстрый крах афганского правительства или быструю победу талибов. Отвратительный провал 20-летнего военного присутствия Запада в Афганистане был слишком предсказуем. Это было вмешательство, которое характеризовалось неразберихой, бессилием и отсутствием четкой цели.

Оглядываясь на события последних 20 лет - с 11 сентября до серии непродуманных и трагических военных интервенций в Афганистан, Ирак, Ливию и Сирию - так и тянет сделать вывод, что Запад ничему не научился. Похоже, он по-прежнему не способен понять, с какой угрозой он сталкивается. И он по-прежнему винит в этом непонимании провалы разведки.

Этот провал в понимании не связан с разведкой. Ведь угроза исходит не извне, а изнутри - от растущего чувства бессилия западного общества и потери направления.

Уязвимая Америка

Эту неспособность Запада понять природу угрозы лучше всего выразил президент Буш сразу после терактов 11 сентября. «Почему они нас ненавидят?» - спросил он. Год спустя Буш назвал свою страну «уязвимой Америкой».

Ему не нужно было подробно останавливаться на своем утверждении, что после 11 сентября «Америка почувствовала свою уязвимость». Его аудитория и так поняла то, что он озвучил - а именно, неуверенность и страх, которые уже давно таились в американской психике. Теракты 11 сентября просто показали многим людям то, что они уже знали: они бессильны перед угрожающими силами.

Слова Буша об «уязвимой Америке» имели историческое значение. Он сознательно превратил уязвимость в определяющую черту американской идентичности. На этом основывалась стратегия национальной безопасности Соединенных Штатов Америки 2002 года. В ней говорилось, что «характеристики, которыми мы больше всего дорожим - наша свобода, наши города, наши системы передвижения и современный образ жизни - уязвимы для терроризма».

«Эта уязвимость, - продолжал он, - сохранится еще долго после того, как мы привлечем к ответственности виновных в терактах 11 сентября». «Быть уязвимым, - говорится в заключении, - это новое условие жизни».

«Уязвимость - это новое условие жизни». Это фактически означало, что американцы теперь находятся в постоянной опасности.

Действительно, в 2000-х годах стало ясно, что уязвимость превратилась в состояние, существующее независимо от какой-либо конкретной угрозы, террористической или иной. Как выразился журналист CNN в 2007 году, мы находимся «под прицелом скрытых террористов и ярости природы».

Это ощущение постоянной уязвимости оказало огромное влияние на западный мир. Оно подпитывает мощное чувство фатализма. Чувство уязвимости лежит в основе нашего отношения к любым неожиданным или разрушительным событиям, от Ковида до изменения климата. Оно также оправдывает неспособность правительств решить стоящие перед нами проблемы. В конце концов, размышляем мы, что могут сделать наши лидеры, учитывая нашу уязвимость?

В июле 2002 года это ощущение вечной опасности наиболее четко сформулировал Том Ридж, бывший министр внутренней безопасности. «Террористическая угроза для Америки принимает множество форм, обладает множеством укрытий и часто бывает невидимой, - сказал он. - Однако необходимость повышения уровня национальной безопасности связана не только с сегодняшней террористической угрозой. Она связана с нашей постоянной уязвимостью».

Люди теперь чувствовали себя уязвимыми. Они существовали в мире и воспринимали его как уязвимые существа. После 11 сентября уязвимость стала неотъемлемой частью самоидентификации людей.

Новая норма

Термин «новая норма» относится к предполагаемой невозможности возвращения общества к нормальной жизни после пандемии Ковида. Сам термин не использовался после 11 сентября, но настроение, лежащее в его основе, несомненно, присутствовало. 11 сентября стало «днем, который изменил все». Заголовки газет провозглашали, что «ничто уже не будет прежним».

Идея о том, что один террористический акт изменил все, безусловно, имела важное значение. Как мы видели, 11 сентября, похоже, обнажило правду о «непреходящей уязвимости» Запада - и пути назад уже не было.

Сегодняшняя идея «новой нормы» основывается на этом фатализме. Как после 11 сентября мы всегда якобы подвергались риску террористических атак, так и после Ковида мы всегда якобы подвергаемся риску вирусных атак и новых пандемий. В глазах сторонников «новой нормы», Ковид еще больше раскрыл правду об уязвимости и беспомощности человечества.

Но 11 сентября проложило путь для реакции на Ковид и многими другими способами. Оно также породило идею о том, что теперь мы столкнулись с угрозой, которой нет конца. В 2004 году генерал армии США Джон Абизаид озвучил эту мысль, переименовав «войну с терроризмом» в «долгую войну». В 2006 году Буш заявил, что «наше поколение ведет долгую войну против решительного врага».

Идея войны без конца занимает центральное место в теории «новой нормальности», созданной Ковидом. Поэтому ее сторонники говорят, что мы, скорее всего, будем вечно жить в тени этого вируса. Поэтому наш единственный выход - избегать риска и стараться оставаться в безопасности.

Но есть одно ключевое различие между нарративом 11 сентября и нарративом «новой нормы». Те, кто считал, что 11 сентября обнажило нашу уязвимость, не радовались этому. Они рассматривали идею нашей постоянной уязвимости как повод для сожаления.

Иное дело сторонники «новой нормы». Они празднуют идею нашей уязвимости. Действительно, они считают реорганизацию социальной жизни вокруг рисков, создаваемых Ковидом, почти добродетелью.

Это показывает, что за последние 20 лет отношение западного общества к идее уязвимости изменилось. Возможно, уязвимость зафиксировалась в сознании после событий 11 сентября, но только в последние годы она с энтузиазмом воспринимается как нечто позитивное.

Историческая амнезия

В последние годы политики и комментаторы настолько привыкли к нормализации угрозы терроризма, что теперь видят ее повсюду. Это привело к тому, что они забыли или стерли фактическое значение 11 сентября как террористического злодеяния.

Сегодня многочисленные акты насилия - даже если у них нет политической подоплеки - регулярно представляются как теракты. Школьных стрелков или убийц-«инцелов» теперь причисляют к террористам наряду с воинствующими джихадистами. Наши элиты также прилагают все больше усилий, чтобы выставить террористами правых активистов.

Один комментатор в «Вашингтон Пост» даже сравнил беспорядки на Капитолийском холме в начале этого года с 11 сентября. «Я надеялся, что больше никогда не испытаю подобной острой реакции на национальную трагедию, - написал он, - но почти 20 лет спустя те же тошнотворные эмоции одолели меня, когда я наблюдал за штурмом Капитолия 6 января».

В USA Today Дэвид Мастио утверждает, что после беспорядков на Капитолийском холме республиканцы представляют собой «большую угрозу, чем угонщики самолетов 11 сентября». Он принижает значение самого страшного террористического злодеяния в истории, утверждая, что «как террористы 11 сентября хотели уничтожить американскую демократию в 2001 году, так и террористы 6 января хотят уничтожить нашу демократию, даже если они выдают себя за ее защитников».

Отчасти эта готовность изобразить разношерстную толпу, устроившую хаос в Капитолии, как угрозу, сравнимую с угрозой 11 сентября, мотивирована партийно-политической лояльностью. Тем не менее, это нормализует и значительно минимизирует исключительный характер событий 11 сентября.

Сравнение просто не выдерживает критики. Насильственные сцены на Капитолийском холме не были преднамеренным терроризмом. Они стали результатом гневной демонстрации, которая вышла из-под контроля. В недавнем отчете ФБР о беспорядках было найдено мало доказательств того, что они были скоординированы. Теракты 11 сентября - события совершенно иного рода. Они были тщательно спланированы и осуществлены убежденной террористической ячейкой.

Приравнивать поведение толпы, ворвавшейся в здание Капитолия, к джихадистам, атаковавшим Всемирный торговый центр, - это потеря перспективы. Для некоторых вспышка политического конфликта, бушующего в обществе, сравнима с терактом, в результате которого погибли 3,000 человек.

Похоже, что одержимость культурными войнами в Америке привела к тому, что слишком многие забыли, каким на самом деле было 11 сентября. Мы должны это исправить. Ведь только осознав трагические события 11 сентября и те культурные и политические сдвиги, которые они предвещали, мы сможем избавиться от одного из самых пагубных наследий этого события - культуры страха и уязвимости, которая продолжает овладевать нами по сей день.

Канал «7 Дней» в Телеграм 

 
 
 

Похожие новости

Впервые газета «7 Дней» вышла в свет в августе 1995 года. Именно в это время, когда США захлестнула волна эмиграции представителей всех наций и народов СССР, людей самых разных социальных слоев и возрастных групп, появилась острая необходимость в русскоязычных новостях. Первый номер газеты «7 Дней» был издан в Чикаго, Иллинойс. Согласно последним оценкам специалистов в Иллинойсе русскоязычная община начала возникать еще 100 лет назад, и сегодня она составляет порядка полумиллиона человек. Начиная с 1991 года после распада СССР, поток российских эмигрантов быстро рос, соответственно увеличивалась потребность в русскоязычных СМИ не только в крупных городах-гигантах, но и по всей территории США. Так возникли дополнительные издания газеты «7 Дней» в Детройте, Толедо, Виндзоре, Форт Лаудэр Дэйле и Бока-Ратоне.

Подписка на рассылку

Получать новости на почту